elima.ru
Вход
СтатьиГрадостроительство. Территориальное планирование. Урбанистика

Градостроительный регламент, средовые коды и критерии качества городского пространства

Е. И. Петровская

Московский архитектурный институт (государственная академия), Москва, Россия

«Ни одна проблема не может быть решена на том уровне,
на котором она возникла»
А. Эйнштейн

Аннотация

В статье рассмотрены вопросы формирования объемно-пространственного регламента для локальных городских территорий. Рассмотрены методы создания дизайн-код и объемно-пространственного Ф-кода (код, базирующийся на форме, а не типе использования территории) и вероятные возможности их применения в российской градостроительной и учебной практике. Автором предлагается трехуровневая систематизация качественных параметров городского архитектурного пространства согласно психо-эмоциональным уровням восприятия человеком окружающей действительности и таблица, позволяющая выявить и учесть эти проектные параметры, соответствующие уровням восприятия.


В российской градостроительной практике проблема формирования объемно– пространственного регламента на основе градостроительных параметров и структурных единиц ткани городской застройки для создания качественной городской среды назрела давно. Локально предпринимались попытки создания подобных регламентов такие как: Мастер-план Перми; дизайн-код Москвы; всевозможные руководства по размещению вывесок, объектов информации для Москвы1, Санкт-Петербурга [1], «Сводный стандарт благоустройства улиц Москвы» [2], Белгорода, Саратова2; концепции сохранения и развития исторического центра города Смоленска3 и многие другие. Генпланы часто подвергаются критике и очень быстро перестают быть актуальными. На сегодняшний день нет четкой методики перехода от Генплана к ППЗ или к проекту планировки, это ложится на плечи планировочных бюро и мастерских и всецело зависит от их компетенции. Необходима методика формирования локальных архитектурно– планировочных норм, т.е. местных норм, распространяющих свое действие на небольшие фрагменты городской территории, прописанных по общим принципам устойчивого развития и комфортности среды для сохранения природной и культурной идентичности каждого конкретного места, а также принципов и критериев формирования пешеходных зон и общественных пространств как каркаса, формирующего комфортную среду обитания человека.

Степень разработанности проблемы. В европейской и американской практике существует правило подробной градостроительной регламентации для города в целом и для его отдельных фрагментов (вплоть до улиц, небольших площадей, скверов и т.д.) по принципам их локальной общности с учетом ментальных, исторических, социо– культурных, объемно-пространственных и прочих характеристик, что способствует сохранению культурной идентичности этих мест. Об этом свидетельствуют такие современные тенденции и теории как Смарт-код [4], Грин-сити, Новый урбанизм, Смарт– сити, Form-Based Code (объемно-пространственный код), коды развития LEAN-3, на которые опираются при создании правил и стандартов для конкретных городов, районов и территорий. Как пример и результаты этого: стратегия развития и изменения Лондона в целом и его отдельных территорий, запушенная мэром Лондона в 2012 году; правила для развития Нью-Йорка и Чикаго; Комплексная стратегия изменений Барселоны. Инициаторами этих глобальных изменений часто выступают мэрии и муниципалитеты городов, следуя новейшим тенденциям в градоуправлении, нацеленным на повышение комфортности проживания жителей как драйвера развития экономики города.

Эту тему исследовало множество авторов, начиная с 80-х годов ХХ века, каждый из которых изучал отдельные аспекты проблемы. Мы ознакомилась с некоторыми трудами теоретиков и практиков: Bill Hillier, Rob Krier, David Walters, Linda Luise Brown, Ян Гейл, Dhiru A. Thadani, Камило Зитте, Мартина Рейн-Кано и Дуэйн Филипс; с работами отечественных исследователей и теоретиков: Гутнова А.Э., Глазычева В.Л., Яргиной З.Н., Лаппо Г.М., Крашенинникова А.В и многих других, а также с практикой работы некоторых муниципалитетов и градостроительных факультетов университетов Флоренции, Барселоны, Амстердама, Денвера, Роттердама и т.д.4. Кроме того, в ходе выполненного исследования нами были приняты во внимание некоторые работы по психологии восприятия, психологии творчества и современных тенденций отечественных и зарубежных авторов и практиков, таких как Юнг Карл Густав, Маслоу А., Дилтц Р. и др.

1 Разработан в 2016 году Студией Артемия Лебедева.

2 Разрабатывается в настоящий момент КБ «Стрелка» при господдержке (https://strelka.timepad.ru)

3 Решение Смоленского городского Совета от 28.10.2005 N 154 «Об утверждении Концепции сохранения и развития исторического центра города Смоленска с градостроительным регламентом (разработка регламентов и режимов градостроительной деятельности на территории Смоленской крепости)».

4 Это стало возможно благодаря организации выездных тематических семинаров и практик для студентов и магистров МАРХИ, проводившихся проф. Крашенинниковым А.В. и доц. Петровской Е.И. в 2011 и 2013-15 годах.

В качестве исходной гипотезы принято, что необходимым условием формирования органичной и целостной городской среды является систематизация критериев оценки качества городского пространства городским жителем. Благодаря выявленным критериям стал возможен новый подход к формированию локального град-регламента, т.е. регламента для небольшого целостного фрагмента городской ткани, закрепляющего его специфику и уникальность. «Система индексов» среды и «критерии качества» структурируют использование средовых параметров: габариты, тип использования, плотность заселения и плотность застройки, уровень капитальности, высотность и «ориентацию структуры» единиц застройки-«модулей», интенсивность, значимость, приватность, экологичность и многих других признаков, а также принципы их внутренней организации.

Градостроительные системы обладают огромным числом количественных показателей, однако информационный подход зачастую заслоняет содержательную сторону и качественную характеристику городской среды. «Предлагается перейти от большого числа равно-приоритетных факторов, учет которых требует оперирования с непомерно громоздким объемом разнородной информации, к более обобщенной, но зато гораздо более оперативной оценке ограниченного числа факторов, имеющих определяющее значение для функционирования и развития всей системы» [5, с.159].

Практические вопросы градостроительства связаны в «видимом секторе проблем». Такие области знаний, из которых приходят оценочные параметры архитектурного пространства, как художественный облик и образная выразительность; историко– культурная содержательность; социально-пространственная организация; функциональная инфраструктура и коммуникации зачастую в градорегулирующих документах не учитываются.

Автором предлагается метод встраивания оценочных критериев в практику формирования объемно-пространственного регламента. Еще «в зарубежных работах 60-х годов был выдвинут тезис о необходимости сознательно и целенаправленно учитывать отношение человека к окружающей среде и его требования к организации этой среды, в частности, в аспекте адаптации ко все возрастающему темпу ее изменяемости во времени, свободы выбора индивидуального поведения многофункционального использования городских пространств» [5, с.122]. В связи с этим заслуживает внимание «иерархия социальных и индивидуальных потребностей»5, предложенная российским социологом Бестужевым-Лада. Эта система ценностей представлена, так же как и у автора статьи, в виде пирамиды, где в основании лежат базовые ценности (жизнь и здоровье), а вершина пирамиды – духовные ценности [6, с.206].

5 На основе система ценностей А. Мэслоу (разработана в 1950-х годах).

«Критический обзор различных классификаций, описывающих городскую среду как комплексный феномен, приводит нас к «спектру» общечеловеческих ценностей. В предлагаемом «спектре ценностей архитектурного пространства» наиболее разработанными являются фундаментальные вопросы взаимодействия формы города с природными факторами (экология, санитарно-гигиенические условия жизнедеятельности), технической инфраструктурой (инженерными коммуникациями и транспортом), несколько меньше – пространственные аспекты социальной жизни (социальная экология, правовое зонирование территории) и культурные приоритеты (историко-культурная ценность городской среды, содержательность), наименее осмыслены духовная направленность градостроительной деятельности [7].

«Узнаваемость или идентичность среды и «системы общественных центров» выступает одним из механизмов социализации населения, посредством которого усваиваются нормы, ценности, идеалы, моральные и психологические качества конкретных городских сообществ» [8]. Это, в свою очередь, транслируется через критерии качества общественного пространства и их аспекты как составные элементы проекта и закладывается на стадии формирования от идеи-сценария до проекта и ведомостей отделки для каждого конкретного «места» в целях определения и сохранения его идентичности и уникальности.

Еще в 1993 году Гутновым А.Э. город рассматривался как целостная система, функционирующая как единый организм по принципу «Ядро–Ткань–Пплазма». В ядре сосредоточены долгоживущие элементы системы, в плазме – наиболее недолговечные. Ядро представляет устойчивую, неизменяемую часть системы, ее скелет и реализует в себе набор признаков, присущих данной системе. Ткань представляет промежуточную зону между ядром и плазмой – это собственно тело системы. Ткань подвержена изменениям, но лишь в определенных, строго ограниченных пределах. Плазма включает в себя легко заменяемые элементы, быстро реагирующие на изменение внешних условий. Для города: ядро – система главных магистралей, площадей, общественных сооружений; ткань – жилая застройка; плазма – временные сооружения, зелень, транспортные средства, благоустройство и т. п.

Пространственно-временная устойчивость (по Гутнову) – это соотношение ядра, ткани и плазмы для каждой системы, которое определяет меры ее изменчивости. Чем больше неизменяемых элементов ядра, тем больше устойчивость системы в целом. Чем больше в системе изменяемых элементов (ткани, плазмы), тем меньше ее устойчивость, которая, в свою очередь, делает предсказуемым ее последующее развитие [5, с.70]. Если элементы ядра (их набор и качеств) для любой проектируемой пространственной системы мы в состоянии определить однозначно, то элементы ткани могут быть заданы лишь с определенной степенью вероятности, так как они могут менять свои характеристики в известных пределах, не нарушая при этом функционирования системы в целом. Ядро, напротив, имеет функцию генетического кода, ответственного за сохранение признаков, которые человек стремится навязать окружению. Ядро неуклонно осуществляет контроль за процессом отбора и накопления новых признаков. Этот процесс локализуется, главным образом, в тканевых элементах системы, которые являются полем столкновения возмущений, генерируемых плазмой, и ограничений, диктуемых ядром.

Таким образом, функционирование любой пространственной системы представляется теперь сложным процессом, который идет одновременно в двух направлениях. С одной стороны, изменения внешней среды проникают в систему и, постепенно фильтруясь сквозь ее трехслойную структуру, вызывают изменения на уровне плазмы, ткани или ядра (в последнем случае система разрушается). С другой стороны, организующее влияние ядра, контролирующего все элементы системы, распространяется на явления внешней среды, система совершает своего рода экспансию, преобразуя среду в соответствии с потребностями человека [5, с.71].

Автором предлагается методика объемно-пространственного кода (Ф-кода) и дизайн– кодов для проектирования и оценки качества проектных решений, что в свою очередь, ускорит и удешевит процесс проектирования и принятия рядовых решений (об этом далее), упростит задачу для архитекторов-«объемщиков», освобождая их от длительного сбора информации и массы согласований, поскольку все нормативы проектирования и принципы соответствия местным условиям уже будут в «задании и разрешении на проектирование».

Методология формирования локального регламента строится на систематизированном и структурированном использовании нескольких авторских методов: комплексной графоаналитической оценки (как города или района, так и его фрагмента); методов социально-пространственной оценки городской среды, предложенных В.А. Крашенинниковым; методов структурной оценки ландшафта проф. Кострикиной Н.Д., методов точечной оценки решений проф. Баженовой А.В; ландшафтно-визуального анализа территории и метода пространственно-психологической комфортности и смысловой наполненности (авторский)6. Для удобства создания кодов, а также для экспресс-проверки качества городского пространства автором предлагается трехуровневая систематизация качественных параметров городского архитектурного пространства согласно психоэмоциональным уровням восприятия человеком окружающей действительности.

6 Подробнее описание данного метода автором изложено в сборнике материалов Научно– практической конференции «Наука, образование и экспериментальное проектирование в МАРХИ», 3-7 апреля 2017 г. (в печати).

Критерии качества городского пространства

Метод определения качества городского пространства, разработанный автором, основан на оценке его пространственно-психологической комфортности и смысловой наполненности через индексацию средовых элементов. Этот метод может помочь в определении дальнейших трудозатрат и оценки вложений в эти средовые фрагменты. В рамках этого метода предложена систематизация художественно-архитектурных параметров в соответствии с уровнями их восприятия индивидом как алгоритм формирования и проверки архитектурного решения.

Подходить к организации пешеходного пространства целесообразно соизмеряясь с его ролью в системе городских коммуникативных пространств, а для превращения городского пространства в полноценное и комфортное для человека необходимо использовать уже накопленный в мировой практике и проверенный временем исторический опыт, как «прочный фундамент уже достигнутого и апробированного временем. Хочет использовать в качестве своеобразной форы для своих поисков человеческий масштаб и пространственное разнообразие исторически ложившейся среды. Ощущая определенную неполноценность, недостаточность творческого арсенала современной архитектуры» [5, с.190]. Необходимо рассматривать общественное пространство города как пространство для реализации всех уровней человеческих потребностей. Для пояснения этого можно привести общеизвестную в психологии и социологии теорию «уровней человеческих потребностей» Маслоу-Альдефера-Дилтса-Мосин7 [9]. Этими авторами предложены структурные пирамиды иерархии человеческих потребностей с делением их на уровни и группы с возрастанием от базовых, первичных (физиологических), через социальные (коммуникативные) к высшим – духовно-эстетическим. Предположение этих авторов основано на том, что для полноценной и счастливой жизни человек должен удовлетворять потребности всех этих уровней и перекосы в какую-либо сторону ведут индивида к депрессиям и, как следствию – болезням. Именно поэтому среда, в которой живет и работает человек, должна удовлетворять не только первичные потребности, но и социально-коммуникативные, а также мотивировать человека на удовлетворение духовных потребностей.

7 Более подробно – в кн. А. Маслоу «Мотивация и личность» (Motivation and Personality), 1954.

Уровень физиологических потребностей в дальнейшем мы рассматривать не будем, т.к. теоретически он удовлетворяется на уровне нормативной базы для проектирования и строительства (СНиП, СП) и его обеспечение относится к уровню общей грамотности проектировщика, а не к уровню его мастерства архитектора.

Для выявления критериев формирования городского пространства автором предлагается создание своей версии «пирамиды потребностей» (рис. 1) в проекции на восприятие архитектурного пространства по пяти уровням:

  1. Миссия = концептуальная роль данного пространства в общей пространственной структуре, т.е. тот эффект, который производит восприятие пространства на психику субъекта.

  2. Мотивация = разрешение на действия субъекта (т.е. «индивидуального Я» и архетипических установок и «табу») через эмоции, в соответствии со сценарием-концептом. Они соответствует уровню сверх-сознания (принятая в психологии иерархическая модель структуры Личности)

  3. Возможности = направление действий субъекта = акцентность, рассматривается как способ привлечения внимания индивида к предложенным возможностям.

  4. Поведение = действия субъекта (инстинктивное поведение и ощущения), направленность, ритмичность. Тут автор рассматривает поведение исключительно с точки зрения «личного Я» и посылов подсознания как реакции на среду8. Оно соответствует уровню подсознания (принятая в психологии иерархическая модель структуры Личности).

  5. Контекст– ограничения рассматривается как все внешние градостроительные условия, в которых находится субъект: физические барьеры и градостроительные объемы, природные условия, экономические, юридические и социальные условия и нормы и прочее. Миссия, вложенная в ограничения контекста, порождает поведение и мотивацию субъекта в пространстве.

image

Рис 1. Пирамида уровней восприятия архитектурного пространства

Исходя из предложенных выше уровней психоэмоционального восприятия и для удобства создания кодов, а также для экспресс-проверки качества городского пространства автором предлагается трехуровневая систематизация качественных параметров городского архитектурного пространства. В качестве критериев качества общественного пространства9 предлагается принять:

8 При рассмотрении социального поведения важно, что оно имеет сильную культурную мотивацию, важны не только инстинкты, но и социальные «табу».
9 Обычно критерии это относительные индикаторы в оценки качества, критерии – могут не иметь числовых выражений. Параметры – это способ формального измерения свойств чего-либо.

  1. Пространственные параметры среды, которые соответствуют инстинктивному (подсознательному) восприятию пространства и включают в себя такие понятия как защищенность, устойчивость, векторность-наприцельность-ориентирность, сопричастность и общность. Именно эти параметры напрямую человеком не отслеживаются, но формируют у него ощущение.

  2. Качественно-средовые параметры среды соответствуют ментальному (логическому) восприятию пространства: удобство; благоустройство; акценты как осознанный ответ на инстинктивный запрос направления; арт-объекты для притяжения осознанного внимания, т.е. как он (субъект) будет его использовать. Они соответствуют понятию «возможности».

  3. Качественные модальные (цвет, звук, свет, тактильные ощущения и температурные) – эти параметры среды соответствуют эмоциональному восприятию пространства и подключению таких вещей, как эмоциональная память тела – «якоря» в личном сознании, архетипические установки и «табу».

Аспекты или проектные характеристики по критериям

  1. Пространственные параметры: габариты; силуэт как ориентир для «дальнего» взгляда и пространственные акценты как ориентир «ближнего» взгляда; закрытость– защищенность или открытость-общность; ритм элементов – частота и т.д. [10];

  2. Качественно-средовые: акценты внешние – ориентиры; акценты внутренние – артобекты, вход, вывески; ритм элементов – частота; элементы фонового благоустройства – сидения, урны, фонари, ограждения и ограничители и их комбинации и т.д.;

  3. Качественные модальные критерии относятся к пространству в целом и пообъектно согласно концепции-сценарию (цветовое решение, звуковой компонент, освещенность и ее изменяемость, тактильные ощущения и фактуры и температуры – все это провоцирует эмоциональные ощущения индивида в пространстве.

Для применения и выявления этих характеристик при проектировании или оценке городского пространства автором была разработана «таблица для уровня стандартных решений», в которой заложена возможность учесть или зафиксировать все вышеперечисленные проектные характеристики по графам как для пространства в целом, так и для его отдельных частей с учетом сценарного решения10.

10 Пример заполнения таблицы приведен в конце статьи как иллюстрация применения метода в проектной практике магистров МАРХИ.

Дизайн-код, его история, европейская и московская практика

Дизайн-код в европейских городах – это четкие и при этом «незаметные» для людей правила, которые формируют комфортную и неагрессивную среду на улицах. Такая среда не запрещает и не принуждает, а направляет и подсказывает [11]. Сегодня разработан дизайн-код Москвы. Он решает самые разные вопросы, используя простые и ненавязчивые инструменты благоустройства. К этим вопросам московские власти отнесли такие: социальный контроль; «Напольная» навигация; руководство по размещению вывесок на центральных улицах Москвы; борьба с «визуальным шумом». По замыслу разработчиков дизайн-кода Москвы – студии Артемия Лебедева, всю огромную и разнообразную территорию города разделили на три зоны: центр, ядро и периферия, и прописали для них очень похожие между собой стандарты оформления вывесок, рекламных щитов, тротуаров и некоторых элементов благоустройства. В основном, как это ни грустно, предлагаемые проекты благоустройства в рамках дизайн-кода очень похожи между собой и никак не реагируют на специфику места, не учитывают в полной мере его историю, характерные особенности, такие как стиль застройки, история района, характерные материалы в отделке и особенности когнитивного11 восприятия данного городского фрагмента.

11 Когнитивный (лат. cognitio – восприятие, познание) – относящийся к познанию, к функциям мозга, которые обеспечивают формирование понятий, оперирование ими и получение выводных знаний.

Если обратиться к истории вопроса, то можно увидеть следующее: «Мы приезжаем в европейские города и думаем: надо же, как тут симпатично. Иногда делаем вывод, что у нас люди бескультурные и безвкусные, а там культурные. На самом деле люди везде примерно одинаковые. Но в Европе существуют жесткие ограничения на дизайн» [11]. И не только на дизайн, там внимательно следят за таким понятием как Идентичность Места. Начиная с 70-80-х годов ХХ века в Европе наметилась антиглобалистическая тенденция и стремление к индивидуальности и узнаваемости, которая вписана в принципы устойчивого развития. Именно в эти годы были созданы проекты реконструкции городов, пострадавших во Второй мировой войне, регламенты на исторические центры многих городов Италии, Праги, Будапешта и т.д., в которых регламентировались даже формы дверей в квартиры внутри подъездов, материал и формы фонарей, скамеек, рисунок цветников и цвет столярки и даже штор в окнах в целях наиболее полного и яркого представления конкретного городского ансамбля.

В некоторых европейских городах все это поддерживается просто в силу живой национальной традиции (в большинстве случаев). Некоторые европейские города применяют эти принципы уже много веков. В Лондоне, например, по мнению архитектурного журнала «Проект Балтия», посвятившего дизайн-коду целый выпуск, подобные правила действуют с 1666 года, когда британская столица начала отстраиваться после знаменитого пожара [11]. Более ранее использование подобных правил относится и к городам Ганзейского союза12, в которых городскими уставами нормировались формы, цвет, размер и материал домов в зависимости от сословия их обладателя [12]. Еще более ранние примеры – это города, патронируемые Венецианской республикой (с XII в.) и римские колонии по всей Европе (с III в. до н.э.). Описанные здесь примеры – это не только примеры дизайн-кода, но и сочетание его с кодом формы, преломленные через призму политики тех государств. Именно через образы и способы устройства города государства древности и средневековья безболезненно транслировали правила жизни своим гражданам.

12 Ганзейский союз, Га́ нза, также Ганзея (нем. Deutsche Hanse или Düdesche Hanse, др.-в.-нем. Hansa, лат. Hansa Teutonica) – буквально «группа», «союз», – политический и экономический союз, объединявший почти 300 торговых городов северо-западной Европы с середины XII до середины XVII вв.

Местные материалы, используемые для строительства и мощения, некоторые элементы, цвета и формы традиционного декора, прочно закрепленные традицией, создали, сохранили и продолжают строить такую городскую среду, которая присуща только данному месту и которой гордятся местные жители. Примерами могут служить греческие малые города и города Марокко, города Скандинавии, Испании, которые узнаваемы и не нарушают свои локальные традиции градоформирования. В России в силу исторических обстоятельств такой традиции нет или она была утрачена, и теперь мы пожинаем плоды в форме ужасной среды, ужасной с эстетической точки зрения, а не с точки зрения благоустройства и удобства. «Средства, которые надо вложить в реабилитацию старых центров, окупятся сторицей. Они вернут сотням тысяч людей бесценное достояние – ощущение живой сопричастности истории и понимание собственного места в развитии. Без этого нельзя избавиться от унизительного провинционализма и приобщиться к подлинной культуре своего народа» [5, с.204].

Ф-код на примере американской практики (SmartCode)

С началом нового урбанизма в 80-х годах основанный на форме кодекс был создан как альтернативный подход к обычному зонированию и правилам землепользования и адресован к публичной сфере и городскому формообразованию. Это тип регулирования развития землеустройства, который способствует получению предсказуемых результатов застройки и высококачественному общественному пространству. Он использует физическую форму как базовый принцип для кода, который был разработан Институтом кодовых форм (FBCI, 2014) [13,14]. Начиная с 2003 года в американскую практику прочно вошли понятия «Смарт-код» и «Form-Based Code» как его части. Эти коды периодически переиздавались, дополнялись и уточнялись другими кодами, такими как Первый Smart– Code (60 страниц), который опирался на обычные «Municodes» и регулировал масштабы девелопмента (2010); кодом «Neighborhood» – код развития; а в 2010 году – «Кодексом обслуживания» (40 страниц); SmartCode [14] для восстановления, заполнения и разрастания.

Начиная с 2009 года к базовым кодам подключены многочисленные дополнительные модули. Все эти коды (стандарты) были приняты в целях сократить количество общенормирующих документов, ускорить процесс согласований, сделать девелопмент разумным, т.е. учитывающим потребности населения как общины, экологическую ситуацию и тенденции ранка недвижимости. Эти коды делают проекты более успешными и облегчают их реализацию. Все эти коды – это скорее общий алгоритм создания местных правил градоустройства и благоустройства, свойственных конкретному местечку или городку.

Изначально Form-Based Code применялись в небольших городах (в силу используемой методики), но в последнее время методы Form-Based Code успешно применяются через работу американских проектных бюро (таких как DPZ13) в практике в таких высокоплотных городах как Гонконг и города Саудовской Аравии [14].

13 www.dpz.com

Если описать кратко что такое Form-Based Code для небольшого американского городка, то это – система правил застройки и землепользования, выраженная через сечения улиц и эскизное объемное решение для типовых участков, учитывающих специфику ландшафта, исторического контекста, местоположение в городе, привычные в данном месте формы и типологию застройки, габариты и пропорции улиц в сечениях и профилях, элементы декора и архитектурной специфики (козырьки, карнизы, навесы, ограды, цвет фасадов и т.д.), выраженная в виде таблиц стандартных и пригодных к употреблению элементов. Для каждого городка эта информация представлялось в форме справочного альбома-руководства на нескольких листах, а для более крупных поселений – в виде аналогичных альбомов для локализованных частей города. Form-Based Code связывает воедино все обычно регулируемые параметры застройки, улиц, освещения и инсоляции, тротуаров, парковок и благоустройства с параметрами ландшафта в разных округах.

image

Рис. 2. Изображение развивающих и зонирующих кодов в рамках границ землепользования. Городской/сельской «разрез» или сечение помогает лучше понять, где использовать смешанную застройку и где она может быть неуместна

Причина эффективности Ф-кодов заключается в следующем:

В теории Ф-кода лежит Transect Matrix (разрез-матрица, рис 2), которая подразделяет территорию застройки на семь частей: T1 – естественная зона; Т2 – сельская зона; T3 – пригородная зона; T4 – общая городская зона; T5 – городская центральная зона; T6 – центральная зона города; и SD – специальные районы. Однако, например, в Майами Ф– код содержит 21 часть, Transect Matrix сконструирована в T1, T3, T4, T5, и T6-1, T6-2 ... – T6-24. Создатели Кода могут назначать дочерние ветки столько, сколько им нужно. Коды в Бирмингеме, Алабаме и Бофорте (Южная Каролина) наглядно иллюстрируют сложность и эффективность Transect Matrix как инструмента зонирования и его способность закреплять уникальные характеристики и модели в широком диапазоне мест.

Этапы по подготовке кодов в США заключаются в следующем [16]:

  1. экспресс-анализ существующей ситуации и выработка первичного предложения;

  2. обсуждение с общественностью, специалистами и администрацией (в последнее время наметился отход от обсуждения с общественностью результатов проектирования и курс на систему поощрений и льгот при использовании материалов кода;

  3. определение подходящей пространственной основы для регулирования (районы, разрезы, улицы или специальные зоны);

  4. утверждение элементов-проекций, разработка планировочных и объемных стандартов для выделенных фрагментов городской ткани;

  5. разработка архитектурных стандартов или примеров для деталей застройки (дизайн коды);

  6. создание иллюстрированные альбомы в широкий доступ.

Автор предлагает немного видоизменить этот метод для применения в российской практике. Применительно к российской практике хотелось бы уточнить следующее.

14 Этот размер зафиксирован древними системами мер многих народов как наиболее удобно пешеходно–осваиваемый.

Частично основные аспекты и методы работы по отдельности были опубликованы или готовятся к публикации автором и изложены в ряде статей и в материалах научно– практических конференций «Наука, образование и экспериментальное проектирование в МАРХИ» за 2013-2017 годы.

Выводы

Практическая значимость выполненного исследования заключается в возможности использовать разработанную методологическую систему для экспресс-анализа и концепт– проектирования застройки как вновь осваиваемых территорий, так и при реконструкции существующих образований, как комплексных, так и точечных, а также как экспресс-метод для формирования объемно-пространственного регламента (средовые коды) для отдельных фрагментов городской ткани (если для этих территорий не разработан ППЗ или генплан и не определены параметры их использования). Эта схема также может применяться в качестве экспресс-метода оценки качества предложенных проектных решений, а также для объединения известных ранее графоаналитических экспресс– методов по формированию и оценке объемно-пространственных градостроительных решений как необходимого звена перехода от параметров, заложенных в генплане (группой специалистов не архитекторов – социологов, экономистов, МЧС, географов, экологов и т.д.) к формированию комфортной городской среды.

Как возможно применять коды в российской практике?

Предложенный подход кодирования городских пространств удобен для оцифровки и вполне совместим с создающимися базами данных ГИС-систем. Это позволит проектировщикам, управленцам и инвесторам получать полную и наглядную информацию о конкретном участке или фрагменте города. Эта информация может выдаваться через укрупненную объемно-пространственную модель застройки участка с прилагаемыми к ней перечнями данных по всем направлениям, интересующим урбаниста или проектировщика (от экологических, геологических, функциональных до факторов инвестиционной политики и эстетических характеристик).

Применение концепции проектирования через кодирование восприятия дает возможность «очеловечить» параметрическую архитектуру, столь гибко и быстро трансформируемую под изменяющиеся экономические и экологические реалии и столь удобную для всевозможных обсчетов, но столь же технократичную для человеческого восприятия. Кроме того, данный проектный способ упростит процесс перехода от материалов генпланов к проектам планировки и застройки и позволит разнообразить проектные решения, максимально соотнести их с местностью и сложившейся городской средой, повышая ее качество.

Поскольку мы живем в XXI веке, в котором так велика роль уже даже не технического, а информационного прогресса, необходимо адаптироваться под непрерывные изменения контекста градостроительной деятельности и всевозможных «внешних» условий. Соответственно, невозможно создать окончательно-фиксированный Генплан или ППЗ, но возможно разработать гибкую цифровую модель стратегии (мастер-план) или концепт– схему планировки, которая посредством пополнения информации через ГИС– и БИМ– системы будет меняться, сохраняя в себе как первооснову и мерило своего развития критерии восприятия пространства человеком и социумом.

Также следует сказать несколько слов о применении метода кодов в учебном проектировании магистров в 2016 учебном году в МАРХИ. Описанный выше проектный метод – это пошаговая последовательность творческих методов архитектурной школы МАРХИ и его применение в образовательной практике способствует формированию системного проектного мышления студентов [18] (рис. 3).

Концепции кода, сценарии арх-пространства и, как их следствие, – метод формирования пешеходного городского пространства базируются на понимании проектировщиком (магистром) ряда принципов:

  1. принципов архитектурной композиции, изучению которых посвящаются первые три года обучения проектированию и макетированию в МАРХИ и которым посвящено множество изданий, статей и учебников;

  2. психологического восприятия социального и индивидуального и его аспектах – этому в программе обучения МАРХИ посвящен рад смежных дисциплин;

  3. понимание архетипов коллективного сознания [19];

  4. традиции и антропоморфности архитектурного пространства;

  5. «идентичности места» – этот аспект отражен в трудах Глазычева В.Л. и его многочисленных последователей в среде урбанистов, социологов и экономико-географов;

  6. Особенностей культурного и природного ландшафта и их совместной работы на образ места и его экологичность;

  7. правила палимпсеста – принципов совмещения и накладывания (но не разрушения) смысловых конструкций при создании сценария пространства, выраженного через аспекты восприятия (см. выше).

Последовательность создания Ф-кода и Дизайн-кода в рамках учебной практики (авторская15) заключается в выполнении следующих «шагов»:

15 Проходит апробацию в группе учебного проектирования магистров первого года обучения 2016– 2017 гг., частично опробована на курсе «Практика градостроительного анализа» в 2015 и 2017 гг.

Именно создание сценария пространства и его драматургии является предметом авторского поиска архитектора-градостроителя в рамках социально-осмысленного пространства, проектируемого по правилам антропомофного построения и восприятия. Сценарий для каждого городского пешеходного пространства должен быть неразрывно связан с историей и ландшафтом места через выявленную систему историко-культурных объектов, средовых акцентов и доминант, через выявленные и подчеркнутые композиционно ландшафтные и морфологические особенности, присущие только данному конкретному месту.

image

image

Рис. 3. Примеры фрагментов курсовых работ магистров Мархи 2016 г. (Ещенко Е., Кабозевой Е., Козловской В.). В этих работах применена методика формирования пешеходного пространства по критериям трехуровневой систематизации качественных параметров городского архитектурного пространства

Источники иллюстраций

Рис. 1 – рисунок автора.

Рис. 2 – по [13].

Рис. 3 – из личного архива автора.

Литература

  1. Распоряжение от 30 апреля 2014 года № 4-н. Об утверждении архитектурно– художественного регламента объектов для размещения информации и типовых объектов для размещения информации в Санкт-Петербурге: http://docs.cntd.ru/document/537960226

  2. Приложение 1 к распоряжению правительства Москвы «об утверждении сводного стандарта благоустройства улиц Москвы» от 04.08.2016 г. № 387-РП.

  3. Решение Смоленского городского Совета от 28.10.2005 N 154 «Об утверждении Концепции сохранения и развития исторического центра города Смоленска с градостроительным регламентом (разработка регламентов и режимов градостроительной деятельности на территории Смоленской крепости)»: http://lawru.info/dok/2005/10/28/n1160296.htm

  4. SmartCode Version 9.2. The Town Paper Publisher: http://growsmartri.org/training/SmartCode Version 9.2.pdf

  5. Гутнов А.Э. Города и люди. – М.: Ладья, 1993.

  6. Бестужев-Лада Н.В. Прогнозирование социальных потребностей молодежи. Опыт социологического исследования. Институт социологических проблем АН СССР. – М.: Наука, 1978. – 206 с.

  7. Крашенинников А.В. Видимый спектр градостроительных проблем. В сб. Градостроительное искусство. Выпуск 1. – М.: ВНИИТАГ, 2007.

  8. Крашенинников А.В. Локальные центры городской среды: сборник тезисов международной научно-практической конференции МАРХИ. – М.: МАРХИ, 2017.

  9. Пирамида Дилтса: http://ways4you.ru/nlp-dlya-zhizni/piramida-logicheskih-urovnej.html

  10. Петровская Е.И, Лазарева М.В. Комфортность и антропоморфность в формировании пешеходных зон города: сборник материалов VIII международной научно-практической конференции. Актуальные направления фундаментальных и прикладных исследований Norh Charleston, SC, USA (ББК 29406 УДК 72).

  11. Зарубежный дизайн-код: как работают правила на европейских улицах: http://archsovet.msk.ru/article/city-design/zarubezhnyy-dizayn-kod /

  12. Ганзейский союз: https://ru.wikipedia.org/wiki/Ганза

  13. SmartCode Version 9.2 // The Town Paper Publisher: https://growsmartri.org/training/SmartCodeVersion9.2.pdf

  14. Using Parametric Modelling in Form-Based Code Design for High-denseCities: www.sciencedirect.com

  15. Официальный сайт: DPZ: www.dpz.com

  16. Form-Based Codes: Implementing Smart Growth – Based Codes: Implementing: https://lgc.org/wordpress/docs…design…form_based_codes.pdf

  17. Архитектурная среда как объект зрительного восприятия: http://studopedia.info/6-8862.html

  18. Петровская Е.И, Крашенинников А.В. Методические указания по 1-ому,2-ому и 3-ему разделам дисциплины «Проектирование градостроительных объектов– Градостроительные комплексы», «Проектирование градостроительных объектов», «Территориальное планирование». – М.: МАРХИ, 2015. (ББК 85.118я73 УДК711.16(075.8))

  19. Юнг Карл Густав. Архетип и символ. – М., 1991.

  20. Петровская Е.И. Пространственный анализ и выявление территорий перспективного развития (на примере дипломного проектирования в МАРХИ 2015-2016) // Архитектура и Строительство. – №4/220. – 2016.

Оригинал статьи
twitter.comfacebook.comvk.comconnect.ok.ru
Если вы являетесь правообладателем данной статьи, и не желаете её нахождения в свободном доступе, вы можете сообщить о свох правах и потребовать её удаления. Для этого вам неоходимо написать письмо по одному из адресов: root@elima.ru, root.elima.ru@gmail.com.